Кишиневские страсти: уроки молдавского кризиса для Украины

Кишиневские страсти: уроки молдавского кризиса для Украины

Политический кризис в Молдове продолжается с начала весны – сразу после завершения парламентских выборов. Парламент Молдовы – высший представительный и законодательный орган, от его функционирования зависит вся политическая архитектура в государстве. Он избирается по смешанной системе и состоит из 101 депутата. От конфигурации коалиции зависит формирование правительства.

Кризис начался с того, что мандаты после выборов в феврале в парламенте разделились между тремя мощными политическими силами, которые набрали большинство по спискам и на одномандатных округах. Больше всего мандатов у Социалистической партии – 35. Действующий президент (с декабря 2016 года) Игорь Додон является представителем этой политической силы. Глава государства в Молдове избирается тайным голосованием в парламенте на четыре года.

Следующая по численности и влиятельности политическая сила – Демократическая партия, которая на прошлых выборах получила второй результат и 30 мандатов в парламенте. Лидером партии является влиятельный молдавский олигарх Владимир Плахотнюк, который с середины 2000-х имеет огромное влияние на все экономические и политические события в стране. С ростом влияния Плахотнюка рос и рейтинг Демократической партии Молдовы, которая с 2009 года системно улучшает свое представительство в парламенте (в 2009 году партия имела 13 мандатов, в 2010-м – 15, в 2014-м – 19, в 2019-м – 30). Именно фигура Плахотнюка сыграла ключевое влияние в политическом кризисе в этом году.

Наконец, 26 мандатов получил избирательный блок ACUM, который считается наиболее проевпропейской политической силой в Молдове. Еще 7 мандатов получила партия «Шор», а 3 мандата получили независимые (внефракционные) депутаты.

Интрига заключалась в том, что трем крупнейшим политическим силам в парламенте нужно было в установленные Конституцией сроки создать коалицию и новое правительство. Однако все три политические силы являются, по сути, антагонистами, и вели долгие и безрезультативные переговоры. Пока шли коалиционные «торги», власть фактически находилась в руках Владимира Плахотнюка, ведь правительство возглавлял его соратник, вице-президент Демократической партии Павел Филип.

Кульминацией «коалициады» по-молдавски стало решение подконтрольного Плахотнюку Конституционного суда, который 9 июня вынес решение об отстранении от должности президента Игоря Додона, назначив Павла Филипа исполняющим обязанности главы государства. Таким образом, Плахотнюк хотел заблокировать неожиданно созданный союз между ACUM и Социалистической партией, которые объединились в коалицию и объявили о создании нового правительства во главе с лидером ACUM Майей Санду.

Поэтому всю прошлую неделю в Молдове фактически было 2 правительства. Двоевластие базировалось еще и на том, что Владимир Плахотнюк и подконтрольные ему силовые органы и парамилитарные образования контролировали доступ к правительственным зданиям. Зато, несмотря на решение Конституционного суда, новое правительство во главе с Майей Санду получило поддержку президента и крупнейшей фракции в парламенте. Ситуация обострилась еще и потому, что Додон – пылкий сторонник сближения с Россией, и в случае дальнейшей эскалации правительственного конфликта вполне серьезно рассматривал возможность попросить о введении миротворческого контингента РФ, который до сих пор находится на территории непризнанной ПМР.

США, ЕС и Россия – три крупнейших геополитических игрока – конечно же, пытались повлиять на ситуацию в Молдове. Каждый – преследуя собственные интересы. Наконец, Плахотнюк таки уступил, и Демократическая партия пока признала поражение – премьер-министр Павел Филип и все министры подали в отставку. Сам Плахотнюк покинул Молдову.

Деолигархизация по-молдавски
История Владимира Плахотнюка – яркий пример того, как игры во влиятельность и игнорирование политических реалий приводит к кризису не только отдельной личности, но и всей страны.

Плахотнюк настолько долго представлял себя «главным врагом Путина» в Молдове, что и не заметил, как стал врагом еще и для ЕС – именно Европа вкладывала больше всего средств в Молдову с середины 2000-х годов. Единственной опорой для вседозволенности Плахотнюка была позиция Вашингтона, который до недавнего времени закрывал глаза на все прихоти Демократической партии и ее руководителя. Однако и этот последний редут на прошлой неделе позорно пал. Именно представитель США, который прибыл на переговоры в Молдову, и стал тем ключевым фактором капитуляции олигарха.

Россия, конечно же, не могла не воспользоваться таким шансом: хотя нынешняя коалиция и правительство были бы невозможны без проевропейской ACUM, однако большинство и президент Молдовы – несомненные сторонники России. И то, что нынешний кризис продолжится дальнейшим наступлением Кремля на субъектность Молдовы, не вызывает сомнений.

Потеря субъектности?
В чем главная опасность для Молдовы? По сути, пересмотр и отмена Конституционным судом решений от 7-9 июня этого года (об отстранении президента, роспуске парламента и о проведении досрочных выборов) именно после визита иностранных миссий с США, ЕС и России говорит о том, что Молдова пока находится под бдительным оком всех геополитических игроков, и ее внутренняя политика остается площадкой для борьбы за различные векторы дальнейшего развития. То есть, несмотря на десятки миллиардов евро денежных вливаний, поддержку во внешней политике, ЕС и США до сих пор не могут рассчитывать на надежность демократических преобразований в этой восточноевропейской стране.

И это при том, что имеющийся «замороженный» конфликт с ПМР находится в неактивной фазе и в стадии латентной угрозы для суверенитета Молдовы.

Тогда как Россия сейчас рассматривает данный кризис как возможность протолкнуть план по федерализации Молдовы. Один из вариантов – так называемый «меморандум Козака», который был разработан еще в 2003 году. Речь идет не только о получении ПМР статуса широкой автономии, к ней должна присоединиться еще и Гагаузия. Оба субъекта Федерации, не без финансовой и скрытой военной поддержки России, получили бы еще и право блокировать законопроекты центрального законодательного органа Молдавии. То есть, речь идет о праве вето на любую внешнеполитическую деятельность. По этому плану Молдова должна оставаться нейтральным государством, еще и позволить дальнейшее пребывание российских войск на территории ПМР на целых 20 лет.

Пока разговоры на тему федерализации Молдовы ведутся не слишком активно, ведь Россия еще не успела использовать все свои рычаги для установления контроля над ситуацией в государстве. Однако сдерживающий фактор в лице Плахотнюка пока убран, а проевропейская ACUM не сможет оказать достойное сопротивление без существенной поддержки ЕС. Из-за политики предыдущего правительства Филипа отношения с Евросоюзом значительно ухудшились, поэтому ожидать быстрого «потепления» не стоит.

Уроки для Украины
Украина в истории политического кризиса в Молдове выглядит не просто как слабый игрок, но и напоминает покинутого в песочнице ребенка. И дело не только в том, что с Молдовой мы имеем общую границу, да еще и общую угрозу национальной безопасности – российский «миротворческий» контингент в ПМР.

Дело в том, что новоизбранный президент и его команда вовсе не сориентировались в ситуации, которая сложилась в Молдове. Мы не только не стали проводниками в решении конфликта (ведь могли бы предложить некую «медиацию» на внешнеполитическом уровне), Украина даже не стала на официальном уровне делать никаких заявлений по поводу своего отношения к событиям в соседнем государстве.

И то, что сейчас все влиятельные внешнеполитические игроки признали легитимными полномочия правительства Майи Санду, выглядит как очередное внешнеполитическое поражение именно для Украины. Вместо того, чтобы привлекать Молдову к общей коалиции против захватнических планов РФ по территории обоих наших государств, Украина просто дипломатично «отмалчивалась».

Тогда как РФ, наоборот, делает все (и даже готова к сотрудничеству с правительством Санду), чтобы протолкнуть свой план по федерализации нашей страны-соседки. И это при том, что подобно молдавским условиям Украина когда-то уже подписывала в рамках «Большого договора» и «Харьковских соглашений» с РФ, которые предусматривали продление пребывания российских военных баз на территории Украины, а именно речь идет об Автономной Республике Крым. Чем все закончилось, мы хорошо знаем.

Еще более дерзкими методами Россия действует на временно оккупированных территориях ОРДЛО. Однако даже этот фактор не стал решающим, чтобы поддержать проевропейский вектор Молдовы и сыграть в свою геополитическую игру. Мы так же постепенно скатываемся к тем же проблемам, которые еще неделю назад пытались решить политики в Молдове. Единственное, что есть два существенных отличия – у нас борются за влияние сразу несколько олигархов, а еще в стране идет война. И потеря субъектности по примеру Молдовы грозит Украине не только федерализацией, но и потерей суверенитета.